Меню Рубрики

Мексиканка которая сама сделала себе кесарево сечение

5 марта 2000 года произошёл беспримерный в истории медицины случай: женщина сама сделала себе кесарево сечение, причём осталась жива и спасла ребёнка.

Оба до сих пор здравствуют. Женщину зовут Инес Рамирес, её сына – Орландо. Это индейцы из народа сапотеков. Их деревня Рио-Талео находится в мексиканских горах.

На полтысячи жителей деревни приходится один медицинский работник по имени Леон Круз. Он гордо носит звание санитара. Его профессиональная обязанность – выдавать населению лекарства из казённой аптечки, а подготовка позволяет уверенно рекомендовать аспирин при высокой температуре, и кесарево сечение при трудных родах. Именно эту меру он предложил Инес Рамирес, когда днём 4 марта у неё начались схватки.

Инес благополучно произвела на свет шестерых детей, и роды всегда принимал её муж Антонио. Но теперь он ушёл в запой и сидел в деревенской кантине. На случай, если придётся делать кесарево сечение, Инес отправила 8-летнего сына Бенито – нет, не в кантину, а в лавку, купить нож подлиннее и поострее, потому что наточить имеющиеся в доме ножи было некому.

К часу ночи 5 марта воды отошли, боли стали нестерпимыми, а процесс изгнания плода никак не начинался. Тремя годами раньше так уже было: после долгих мучений родился мёртвый ребёнок. Инес решила, что это не должно повториться, и отважилась оперировать себя сама.

Выпив для анестезии стакан спирта, она взяла нож и приняла характерную для индейцев родовую позу. Это спасло ей жизнь. Индейцы рожают сидя, слегка подавшись вперёд. В этой позе стенка матки оказывается прямо под кожей. Поэтому, взрезав себе живот, Инес не повредила кишечник.

Она приставила лезвие к низу живота и повела разрез вверх, для верности – длиной целых 17 сантиметров (достаточно было бы 10). И стала повторять это движение, с каждым разом углубляя рану. Кровь била фонтаном, Инес вопила от боли, но не сбивалась с линии разреза. За час она проделала дыру в матке, а заодно и в животе, откуда выпали «кишки и ещё какие-то органы», как потом вспоминала героиня. Отодвинув эту «бесформенную кучу» в сторону, Инес вытащила ребёнка на свет божий за ногу. К её восторгу, мальчик тут же запищал. Перерезав пуповину ножницами, мать завернула Орландо в тряпочку, положила рядом с собой, потом затолкала свои кишки и «органы» обратно в брюшную полость – и потеряла сознание.

Она пришла в себя только на рассвете. Её бил озноб. Обмотав кровоточащую рану свитером, Инес послала сына Бенито за санитаром. Тот принёс иголку с ниткой, которой его жена штопала одежду, и как умел зашил разрез. Потом с помощью родных дотащил Инес до остановки и затолкал в «пасахеро» (маршрутку). Два с половиной часа скакал микроавтобус по разбитой грунтовой дороге, пока не выбрался на шоссе, где находится ближайшая поликлиника. Там дежурила женщина-врач. «Ну, а что вы ко мне-то приехали? – спросила она. – Это вам в Сан-Пабло надо». (В районном центре Сан-Пабло-Уихтепек есть настоящая больница с оперблоком). Но в поликлинике был хотя бы телефон, и женщина-врач вызвала из больницы скорую. Тут силы совсем оставили Инес, так что в Сан-Пабло за неё говорил санитар Леон Крус.

При виде 17-сантиметрового разреза, прихваченного хлопчатобумажной ниткой, завотделением Онорио Гальван взял камеру и стал снимать всё, что делает хирург Хесус Гусман. Заглянув в рану, оба не поверили своим глазам: матка уменьшилась до обычных размеров, кровотечение прекратилось, и при этом никаких признаков инфекции! Брюшную полость промыли, маточные трубы перевязали во избежание новой беременности. Полости закрыли, поставили дренаж, стали колоть антибиотики. Приключения кишечника даром не прошли: на третий день дали себя знать спайки, которые пришлось удалять абдоминальному хирургу. И всё же выздоровление шло в невероятном темпе: Инес рвалась домой, где остались без присмотра шестеро детей. Орландо был при ней неотлучно, он исправно сосал грудь.

На десятые сутки после госпитализации Инес выписали и посадили в маршрутку, которая заезжала в её деревню. Правда, путь был настолько извилист, что занимал 12 часов. Не в силах перенести столь долгую дорогу, Инес вышла, едва микроавтобус перевалил горный хребет, за которым находилась деревня Рио-Талеа. Посадив Орландо за спину и привязав его шалью, наша героиня двинулась по горным тропам вниз. Через полтора часа она была дома, очень довольная, что срезала крюк.

Акушеры-гинекологи Гальван и Гусман описали её случай в статье, но редакторы медицинских журналов не хотели брать материал, принимая за какую-то мистификацию. Наконец, через три года Гальван оказался на международной конференции в Чикаго и повстречал там светило испанского происхождения – Рафаэля Валле. Когда тот посмотрел видеозаписи и фотографии, и убедился, что всё это не розыгрыш, то пристроил статью в номер «International Journal of Gynecology and Obstetrics» за март 2004 года, выступив соавтором.

В Рио-Талеа нахлынули журналисты. Инес раздавала интервью и даже снялась в документальном фильме, не подозревая, что за это можно просить гонорар. Увидев «героическую маму» по телевизору, оживились чуткие на пиар чиновники. Премьер-министр субъекта федерации – штата Оахака – пообещал провести в Рио-Талеа дорогу с твёрдым покрытием, чтобы могла приехать скорая помощь. А министр здравоохранения сказал: «Мы построим в этой деревне больницу и назовём её госпиталем имени Орландо Рамиреса».

Ни асфальтированной дороги, ни канализации в деревне Рио-Талеа нет и поныне. В 2008 году соорудили медпункт под названием «Дом здоровья». Он тут же закрылся под предлогом нехватки средств у субъекта федерации. Доктор бывает в «Доме здоровья» наездами, по три дня в год.

Орландо теперь юноша, умеет читать, писать и считать. Денег на дальнейшее его образование у матери нет, как и у родителей двух сотен других детей в деревне. Но парень сознаёт свою уникальность. Интересуется у старших, отчего заперт на замок «Дом здоровья» и по какой причине медпункт не носит имя Орландо Рамиреса. Ответа на эти вопросы мать не знает.

источник

Как утверждает Джоанн Моррисон, автор работы «Кесарево сечение по показаниям», опубликованной в издании «Семинары по перинатологии», современной медицине известно как минимум о пяти успешных случаях самостоятельного кесарево сечения. Однако Инес Рамирес Перес стала первой и пока единственной женщиной, которая совершила эту операцию без посторонней помощи, в XXI веке. Причем мексиканка спасла не только свою жизнь, но и жизнь своего ребенка.

До 2000 года имя Инес Рамирес не говорило ничего даже мексиканцам. Впрочем, Инес ничем и не отличалась от своих земляков. Она жила в одной из деревень штата Оахака, неподалеку от города Сан-Лоренцо-Тексмелукана. Инес и ее муж занимались сельским хозяйством и воспитывали семерых детей. Последний, восьмой, ребенок Рамиресов появился на свет мертвым. Кстати, все роды у Инес принимал ее супруг. Но в ту роковую ночь, как утверждает американское издание Readerʼs Digest, мужчины дома не оказалось. Телефона у Рамиресов тоже не было, а ближайшее медицинское учреждение находилась в 50-ти милях от селения. Поэтому Инес пришлось рассчитывать только на свои силы.

Девятая по счету беременность далась Рамирес еще тяжелее, чем предыдущая. В течение 12-ти часов она страдала от нестерпимой боли. Около полуночи 5 марта 2000 года Инес поняла, что не выдержит больше ни минуты. Как позже рассказывала мексиканка, она осознала, что если так будет продолжаться дальше, ее ребенок, скорее всего, умрет. Вторую утрату Рамирес не перенесла бы. «Я надеялась на то, что Бог спасет обе наши жизни», — делилась Инес с журналистами. Уповая исключительно на высшие силы, Рамирес решилась на отчаянный шаг. Она взяла 15-сантиметровый кухонный нож и немного выпила для храбрости.

Как сообщает издание International Journal of Gynecology & Obstetrics (Международный журнал акушерства и гинекологии) Инес Рамирес сделала вертикальный надрез на животе справа от пупка, начиная от нижней части ребер до лобковой области. Длина разреза составляла около 17 сантиметров. Для сравнения так называемый разрез Пфанненштиля, которым пользуются хирурги во время гинекологических операций является, наоборот, поперечным, и чаще всего его длина не превышает 16 сантиметров. По крайней мере, именно такие данные приводит руководство по акушерству под редакцией Э. К. Айламазяна. Стоит отметить, что довершить начатое Инес Рамирес удалось далеко не сразу. В общей сложности она промучилась больше часа.

Но, как выяснилось позже, результат того стоил. Через час Рамирес опустила руки в матку и достала оттуда своего новорожденного сына. После этого силы окончательно покинули Инес. Она смогла лишь перерезать младенцу пуповину, а после потеряла сознание. Однако в забытьи женщина пробыла недолго. Очнувшись, она перевязала рану на животе с помощью одежды, которая оказалась под рукой, и позвала старшего сына. Инес попросила мальчика, чтобы тот позвал кого-нибудь на помощь. Назад ребенок вернулся уже с сельским фельдшером, который наскоро зашил разрез и отправил отважную мать в ближайшую больницу.

Как пишет в своей книге «Mother Earth and the Gene Machines: What on Earth Is Wrong and What We can do about It» Карлсон Уэйлен, спустя 16 часов, на этот раз в медицинском учреждении, Инес Рамирес зашили разрез, оставшийся после кесарева сечения, как следует. Однако выяснилось, что во время самостоятельной операции Инес случайно задела ножом и часть кишечника. Поэтому мексиканку оставили в стационаре, и через 7 дней она перенесла еще одно хирургическое вмешательство. Несмотря на такие осложнения, Рамирес быстро оправилась и уже на 10-е сутки была дома. Женщина полностью восстановилась и чувствовала себя прекрасно.

Однако специалисты смотрят на подобные случаи не столь оптимистично. Медики твердо заявляют, что Инес Рамирес просто повезло. Она могла умереть, серьезно повредив другие органы, или погибнуть от инфекции: ведь операция проводилась в нестерильной среде. Кроме того, если бы Рамирес не пришла в себя после потери сознания, она могла бы истечь кровью прежде, чем к ней подоспела бы помощь. Впрочем, в одном из своих интервью Инес посоветовала всем женщинам не повторять того, что пришлось проделать ей самой.

источник

Инес Рамирес из деревни Рио-де-Талеа в Мексике стала первой в мире женщиной, которая сама сделала себе кесарево сечение — в одиночку, без анестезии, кухонным ножом. Она так хотела спасти сына, что не побоялась боли и даже смерти от потери крови. Историю уникальной операции рассказал научный журналист Михаил Шифрин в книге «100 рассказов из истории медицины», которую недавно выпустило издательство «Альпина Паблишер».

5 марта 2000 года произошел беспримерный в истории медицины случай: женщина сама сделала себе кесарево сечение, причем осталась жива и спасла ребенка. Оба до сих пор здравствуют. Женщину зовут Инес Рамирес, ее сына — Орландо. Это индейцы из народа сапотеков. Их деревня Рио-де-Талеа находится в мексиканских горах на высоте 1869 метров.

На полтысячи жителей деревни приходится один медицинский работник по имени Леон Крус. Он гордо носит звание санитара. Его профессиональная обязанность — выдавать населению лекарства из казенной аптечки, а подготовка позволяет уверенно рекомендовать аспирин при высокой температуре и кесарево сечение при трудных родах. Именно эту меру он предложил Инес Рамирес, когда днем 4 марта у нее начались схватки.

Инес благополучно произвела на свет шестерых детей, и роды всегда принимал ее муж Антонио Крус (двоюродный брат санитара). Но теперь Антонио ушел в запой и сидел в деревенской кантине.

На случай, если придется делать кесарево сечение, Инес отправила восьмилетнего сына Бенито — нет, не в кантину, а в лавку. Купить нож подлиннее и поострее, потому что наточить имеющиеся в доме ножи было некому. К часу ночи 5 марта воды отошли, боли стали нетерпимыми, а процесс изгнания плода никак не начинался. Тремя годами раньше так уже было: после долгих мучений родился мертвый ребенок. Инес решила, что это не должно повториться, и отважилась оперировать себя сама.

Выпив для анестезии стакан спирта, она взяла нож и приняла характерную для индейцев родовую позу. Это спасло ей жизнь. Индейцы рожают сидя, слегка подавшись вперед. В этой позе стенка матки оказывается прямо под кожей. Поэтому, взрезав себе живот, Инес не повредила кишечник.

Длина лезвия ножа, которым Инес резала себя — 15 сантиметров, в 2004 году он еще использовался для резки овощей. В ходе операции женщина держала его хватом, подсмотренным у столяров, работающих ножами для резьбы по дереву: давила на лезвие сверху указательным и большим пальцами, понемногу углубляя разрез.

Она приставила лезвие к низу живота и повела разрез вверх, для верности длиной целых 17 сантиметров (достаточно было бы 10). И стала повторять это движение, с каждым разом углубляя рану. Кровь била фонтаном, Инес вопила от боли, но не сбивалась с линии разреза. За час она проделала дыру в матке, а заодно и в животе, откуда выпали «кишки и еще какие-то органы», с ее слов.

Отодвинув эту «бесформенную кучу» в сторону, Инес вытащила ребенка на свет Божий за ногу. К ее восторгу, мальчик тут же запищал. Перерезав пуповину ножницами, мать завернула Орландо в тряпочку, положила рядом с собой, потом затолкала «кишки и органы» обратно в брюшную полость — и потеряла сознание.

Она пришла в себя только на рассвете. Ее бил озноб. Обмотав кровоточащую рану свитером, Инес послала сына Бенито за санитаром. Тот принес иголку с ниткой, которой его жена штопала одежду, и, как умел, зашил разрез. Потом с помощью родных дотащил Инес до остановки и затолкал в «пасахеро» (маршрутку).

Больше часа прыгал микроавтобус по разбитой грунтовой дороге, пока не выбрался на шоссе, где расположен ближайший медпункт. Там дежурила женщина-врач. «Ну а что вы ко мне-то приехали? — спросила она. — Это вам в Сан-Пабло надо». (В районном центре Сан-Пабло-Уистепек есть настоящая больница с оперблоком.) Но в медпункте имелся хотя бы телефон, и женщина-врач вызвала из больницы скорую. Тут силы совсем оставили Инес, так что в Сан-Пабло за нее говорил санитар Леон Крус.

При виде 17-сантиметрового разреза, прихваченного хлопчатобумажной ниткой, завотделением Онорио Гальван взял камеру и стал снимать все, что делает хирург Хесус Гусман. Заглянув в рану, оба не поверили своим глазам: матка уменьшилась до обычных размеров, кровотечение прекратилось, и при этом никаких признаков инфекции! Брюшную полость промыли, маточные трубы перевязали во избежание новой беременности. Полости закрыли, поставили дренаж, стали колоть антибиотики.

Приключения кишечника даром не прошли: на третий день дали о себе знать спайки, которые пришлось удалять абдоминальному хирургу. И все же выздоровление шло в невероятном темпе: Инес рвалась домой, где без присмотра шестеро детей. Орландо был при ней неотлучно, он с усердием сосал материнскую грудь.

На десятые сутки после госпитализации Инес выписали и посадили в маршрутку, которая заезжала в ее деревню. Правда, путь был настолько извилист, что занимал 12 часов. Не в силах перенести столь долгую дорогу, Инес вышла, едва микроавтобус перевалил горный хребет, за которым находилась деревня Рио-де-Талеа. Посадив Орландо за спину и привязав его шалью, наша героиня двинулась по горным тропам вниз. Через полтора часа она была дома, очень довольная, что срезала крюк.

Акушеры-гинекологи Гальван и Гусман описали ее случай в научной статье, но редакторы медицинских журналов не хотели брать материал, принимая за какую-то мистификацию. Наконец через три года Гальван оказался на международной конференции в Чикаго и повстречал там светило испанского происхождения — Рафаэля Валле. Когда тот посмотрел видеозаписи и фотографии, увидел УЗИ с рубцом на матке и убедился, что все это не розыгрыш, то пристроил статью в International Journal of Gynecology and Obstetrics, выступив соавтором.

Читайте также:  Что такое кесарев гриб

В Рио-де-Талеа хлынули журналисты. Инес раздавала интервью и даже снялась в документальном фильме, не подозревая, что за это можно просить гонорар.

Муж как антигерой этой истории фотографироваться не пожелал: есть только один снимок, сделанный тайком, на рассвете и издалека. Санитар Леон Крус давал путаные показания. Называл неверное число беременностей Инес и говорил, что она выпила для анестезии три стакана спирта (сама женщина сказала на камеру, что стаканчик был один, объемом примерно 150 мл). Журналисты заподозрили обман.

Да ведь так и не бывает: люди на поле боя гибнут от кровотечения из лучевой артерии, а тут повреждено пять равноценных артерий — и пациентка выживает без медицинской помощи?

Не верил этому сперва и доктор Гальван. Он в 2000-м приезжал в Рио-де-Талеа, расспрашивал, где найти знахаря, способного останавливать кровотечения. Что раной Инес занимался не медик, сомнений не было: профессионал не сделал бы варварский разрез в 17 сантиметров и не зашивал бы хлопчатобумажной ниткой. Но никакого знахаря не существовало, тут показания местных жителей совпадали.

Может быть, тамошние женщины имеют какие-то анатомические особенности, знание которых обогатит науку и поможет найти новые лекарства? Гальван и следом за ним пресса призвали власти организовать программу изучения сапотеков. Для начала открыть в Рио-де-Талеа медпункт, чтобы собирать достоверную медицинскую информацию.

Премьер-министр субъекта федерации — штата Оахака — пообещал провести в деревню дорогу с твердым покрытием, чтобы могла приехать скорая помощь. А министр здравоохранения заявил: «Мы построим в этой деревне больницу и назовем ее госпиталем имени Орландо Рамиреса».

Ни асфальтированной дороги, ни мобильной связи в деревне Рио-де-Талеа нет и поныне. В 2008 г. соорудили медпункт под названием «Дом здоровья». Он тут же закрылся под предлогом нехватки средств у субъекта федерации. Доктор бывает в «Доме здоровья» наездами, по три дня в год.

Инес Рамирес Перес родилась в 1960 году. Ее сын Орландо Крус появился на свет 5 марта 2000 года.

источник

История с жутким началом и хорошим концом. Кесарево сечение делают , когда врачи или роженица решают , что женщина не может родить самостоятельно. Во всех без исключения случаях операция выполняется под анестезией: эпидуральной или в экстренных обстоятельствах общей. Невозможно поверить в то , что обычная мексиканская крестьянка сумела справиться с этим самостоятельно. Даже не хочется думать о том , что ей пришлось пережить.

Инес родилась в 1960 году в мексиканском штате Оахака. Мы ничего не знаем о ней — есть ли у нее образование ( едва ли), как она росла , как провела детство. Известно только , что Инес говорила на языке мексиканских индейцев — сапотекском.

До описываемых событий , к ее сорока годам , у Инес уже было девять беременностей и семеро детей — последнего , восьмого ребенка , она потеряла в родах. Ближайшая медицинская помощь располагалась в 80 км от деревни , где жила семья Инес. В предыдущих родах ей помогал муж.

Когда у Инес начались схватки , это было очень некстати — муж остался в соседней деревне , и пришлось справляться самой. Схватки становились сильнее , но потуги все не начинались. В конце концов Инес поняла , что что-то идет не так и если так будет продолжаться дальше , она потеряет сознание и погибнет вместе со своим нерожденным малышом.

Тогда женщина решилась разрезать себе живот и достать ребенка. Она никогда не видела , как это делают , едва ли знала , что это вообще возможно. Вместо анестезии у Инес было три стакана крепкого ликера. После этого она взяла 15-сантиметровый кухонный нож и сделала длинный вертикальный надрез — 17 сантиметров , до самых ребер. Получилось у нее только с третьего раза.

Через этот разрез Инес руками достала ребенка. Ее хватило на то , чтобы отрезать малышу пуповину , после чего она потеряла сознание от боли и потери крови.

Очнувшись , Инес отправила своего 6-летнего сына за помощью , и тот привел медика — который , правда , лечил в основном животных. Тот зашил женщине живот обыкновенными швейными нитками и заставил обратиться к профессиональным врачам.

Доктора были в шоке: и от того , что Инес осталась жива , и от того , что выжил маленький Орландо. Прошло 16 часов с момента , как прошла ее операция , и до того времени , когда Инес осмотрели хирурги. Они проделали « работу над ошибками» — оказалось , Инес повредила себе кишечник. Впрочем , уже через 10 дней Инес была дома вместе с младенцем.

Позже она созналась , что просто устала от боли и не могла ее больше выносить. «Я не могла больше терпеть эту боль. Я решила , что если мой ребенок умрет , то пусть он умрет вместе со мной. А если же ему суждено выжить , то и я хочу видеть , как он растет , хочу быть рядом с ним. Я думаю , что Бог спас жизнь нам обоим», — сказала Инес Рамирес.

Этот случай считается уникальным: медицинский мир никогда не слышал о подобном ни до нее , ни после. Он даже попал на страницы журнала « International Journal of Gynecology & Obstetrics» — международного издания об акушерстве и гинекологии.

Инес интуитивно верно выбрала место надреза и почти не задела жизненно важных органов.

источник

Когда что-то случается, мы привычно звоним в Службу спасения, на вызов приезжают или прилетают собранные, спокойные профессионалы и выполняют свою работу. Даже если речь идет о вызволении застрявшей на дереве кошки.

27 декабря у россиян есть отличная возможность поздравить всех, имеющих отношение к МЧС и Службе спасения. За время существования службы, с 1990 года, работники МЧС спасли более миллиона жизней, ликвидировали последствия десятков катастроф самого разного масштаба и происхождения. Низкий им поклон и пожелание спокойной службы.

А всем остальным гражданам — пожелание не оказываться в ситуации, когда рассчитывать на помощь не приходится, и надо обходиться собственными силами. Так произошло однажды с советским врачом Леонидом Рогозовым, которому пришлось самому себе удалить воспалившийся аппендикс. Дело было в 1961 году на арктической станции, куда из-за погодных условий не могла прибыть помощь.

Сегодня MedAboutMe расскажет о другом, еще более удивительном случае со счастливым исходом. О том, как необразованная мексиканская крестьянка Инес Рамирес осталась в живых сама и спасла своего сына, сделав себе простым кухонным ножом кесарево сечение.

Сама Инес не получала образования вообще — откуда оно в деревеньке на 500 жителей? Жила себе, как все остальные. Муж, хоть и любил выпить, но исправно помогал при родах. Инес сумела родить семерых детей, и только с восьмым случилась беда: роды были сложными, и ребенка спасти не удалось. Поэтому к концу девятой беременности Инес была преисполнена решимости спасти дитя.

4 марта 2000 года начались мучительные схватки. Боль нарастала. На беду, помочь Инес было некому — муж задержался в соседней деревне.

Только представьте: адская боль, что-то явно идет не так, и не к кому обратиться за помощью. Ближайшая акушерка за 80 километров через горы. Телефона в доме нет, транспорта тоже. Только перепуганные дети и желание жить.

Инес отправила одного из сыновей в деревенскую лавку за новым острым ножом. И приготовилась совершить немыслимое…

Наверное, если бы женщина знала об операциях немного больше, она не решилась бы сделать то, что собиралась. Но незнание в этом случае сыграло положительную роль.

Инес выпила крепкого спиртного, сколько смогла. Села так, как принято у индейцев сапотеков, к племени которых она принадлежала — сидя на коленях, наклонившись вперед. И приступила к операции.

Врачи выполнили бы небольшой надрез по низу живота, поперек. Инес взрезала живот вертикально вверх, широким разрезом до самых ребер.

С первого раза не получилось добраться до матки. Превозмогая боль, заливаясь кровью, Инес провела еще два раза ножом по ране. Выпала часть кишечника, отважная женщина отодвинула внутренности в сторону, и смогла достать ребенка из вскрытой матки. Малыш закричал, сообщая миру о своем рождении. Мать смогла найти в себе силы, чтобы перерезать пуповину, положить сына на кучу тряпок, и только после этого потеряла сознание.

Через некоторое время Инес пришла в себя, запихнула в живот выпавшие кишки, зажала рану одеждой и отправила старшего сына за санитаром Крузом. Тот принес обычную швейную иглу и нитки, и, как сумел, так и заштопал рану на животе односельчанки.

Потом помог ей доковылять до маршрутки — единственного местного транспорта, и поехал вместе с роженицей в ближайшую больницу. Два с лишним часа по горным тряским дорогам.

В нормальную операционную Инес Рамирес попала только через 16 часов после кесарева сечения, сделанного собственными руками без наркоза.

Врачи больницы в Сан-Пабло никогда не слышали ни о чем подобном. Пока хирург Хесус Гусман разрезал кривые стежки швейной ниткой и инспектировал рану, заведующий отделением Онорио Гальван начал снимать все происходящее.

А происходило невероятное: кровотечения не было, оно как-то само собой прекратилось. Признаков инфекции не было. Матка нормально сократилась, как положено. И только кишечник, с которым Инес обращалась так небрежно и неосторожно, несколько пострадал. Хирургу пришлось потом удалять спайки, чтобы восстановить его функции. И еще женщине перевязали маточные трубы, во избежание еще одной беременности, которая могла закончиться уже совсем печально.

Малыш был здоров и активно сосал материнскую грудь. Мать выздоравливала.

Инес Рамирес пробыла в больнице всего 10 дней, после чего ее с новорожденным Орландо выписали. Домой она отправилась было на маршрутке, но путь колымаги был так извилист, что дорога заняла бы полсуток. А женщине хотелось домой — там ее ждали семеро детей и домашние хлопоты.

Поэтому, перевалив горный хребет, за которым лежала родная деревня, Инес вышла из маршрутки. Шалью привязала маленького сына к спине, как принято у индейцев, и пошла себе домой пешком, по горным тропинкам. Полтора часа — и дома. И незачем трястись еще несколько часов в душной раздолбанной маршрутке.

А потом — все как обычно. Крестьянский труд, простая нелегкая жизнь.

Врачи, лечившие Инес после ее уникальной операции, не могли не попытаться рассказать об этом случае медицинскому сообществу. Но долгое время ни один медицинский журнал не соглашался опубликовать статью Гусмана и Гальвана — их принимали за мистификаторов. Потому что «Такого не может быть».

Только в 2004 году Гальван смог убедить в реальности произошедшего известного врача Рафаэля Валле. Тот помог опубликовать статью в International Journal of Gynecology and Obstetrics, правда, в обмен на соавторство.

И началось… Простая мексиканка стала известной личностью. У нее брали интервью, о ней и ее сыне сняли документальный фильм. Кто-то более ушлый, наверное, смог бы заработать на такой своей известности кучу денег, но наивная Инес Рамирес не знала, что так можно. Она даже не потребовала за съемки и интервью гонорара.

Между тем, на «героической матери» пропиарились все, кому не лень, от мелких и крупных местных чиновников до министра здравоохранения. Последний обещал построить в деревне больницу, а глава штата заявил о намерении провести, наконец, нормальную дорогу, чтобы в Рио-Талео хотя бы могла добраться скорая помощь. Дело ограничилось постройкой медпункта, в который несколько раз в году приезжает из города доктор.

А Инес Рамирес живет, как жила. Ее младший сын, чье рождение было таким драматичным, уже почти взрослый. Нож, который помог Орландо появиться на свет, по-прежнему используется в хозяйстве.

Когда в нашу больницу доставили окровавленную женщину с новорожденным, мы не сразу поверили, что она сделала все сама. По виду раны было ясно, что операцию выполнил не медик. Невероятно, что без анестезии и каких-либо медицинских знаний можно было все это проделать и выжить.

Но мы знали, что в той деревне нет не только врача, способного сделать кесарево сечение, но даже целителя.

Думаю, Инес помогло то, что она начала выполнять разрез не лежа на спине, как принято в «цивилизованных» родильных домах, а по-индейски, сидя с наклоном вперед. В таком положении матка находится максимально близко к коже, а жизненно важные органы оказываются оттеснены в стороны. Именно это, по моему мнению, помогло женщине разрезать стенку живота и матку, не повредив серьезно все остальное.

Но как она смогла оставаться в сознании, контролировать свои действия, справляясь с ужасной болью — это выше понимания. Невероятно также и то, что в результате операции, выполненной простым кухонным ножом, даже не простерилизованным, не развилось никаких инфекций. Видимо, у Рамирес очень здоровая иммунная система.

источник

Инес родилась в 1960 году в мексиканском штате Оахака. Мы ничего не знаем о ней — есть ли у нее образование (едва ли), как она росла, как провела детство. Известно только, что Инес говорила на языке мексиканских индейцев — сапотекском.

До описываемых событий, к ее сорока годам, у Инес уже было девять беременностей и семеро детей — последнего, восьмого ребенка, она потеряла в родах. Ближайшая медицинская помощь располагалась в 80 км от деревни, где жила семья Инес. В предыдущих родах ей помогал муж.

Когда у Инес начались схватки, это было очень некстати — муж остался в соседней деревне, и пришлось справляться самой. Схватки становились сильнее, но потуги все не начинались. В конце концов Инес поняла, что что-то идет не так и если так будет продолжаться дальше, она потеряет сознание и погибнет вместе со своим нерожденным малышом.

Тогда женщина решилась разрезать себе живот и достать ребенка. Она никогда не видела, как это делают, едва ли знала, что это вообще возможно. Вместо анестезии у Инес было три стакана крепкого ликера. После этого она взяла 15-сантиметровый кухонный нож и сделала длинный вертикальный надрез — 17 сантиметров, до самых ребер. Получилось у нее только с третьего раза.

Через этот разрез Инес руками достала ребенка. Ее хватило на то, чтобы отрезать малышу пуповину, после чего она потеряла сознание от боли и потери крови.

Очнувшись, Инес отправила своего 6-летнего сына за помощью, и тот привел медика — который, правда, лечил в основном животных. Тот зашил женщине живот обыкновенными швейными нитками и заставил обратиться к профессиональным врачам.

Доктора были в шоке: и от того, что Инес осталась жива, и от того, что выжил маленький Орландо. Прошло 16 часов с момента, как прошла ее операция, и до того времени, когда Инес осмотрели хирурги. Они проделали «работу над ошибками» — оказалось, Инес повредила себе кишечник. Впрочем, уже через 10 дней Инес была дома вместе с младенцем.

Позже она созналась, что просто устала от боли и не могла ее больше выносить. «Я не могла больше терпеть эту боль. Я решила, что если мой ребенок умрет, то пусть он умрет вместе со мной. А если же ему суждено выжить, то и я хочу видеть, как он растет, хочу быть рядом с ним. Я думаю, что Бог спас жизнь нам обоим», — сказала Инес Рамирес.

Читайте также:  Путем операции кесарево сечение

Этот случай считается уникальным: медицинский мир никогда не слышал о подобном ни до нее, ни после. Он даже попал на страницы журнала «International Journal of Gynecology & Obstetrics» — международного издания об акушерстве и гинекологии.

Инес интуитивно верно выбрала место надреза и почти не задела жизненно важных органов.

источник

История Инес Рамирес звучит почти неправдоподобно – эта простая 40-летняя мексиканская женщина сама на себе провела кесарево сечение. Инес не только осталась жива сама, но и сохранила жизнь своему ребенку – сыну. Этот случай стал уникальным, единственным в истории медицины. О том, через что ей пришлось пройти, знает лишь сама Инес Рамирес, а случай ее вошел в историю мирового акушерства.

Инес Рамирес (Inés Ramírez) родилась в 1960 году в сельской местности мексиканского штата Оахака (Оахака, Mexico). Информации о ее детстве и юности нет, но можно однозначно предположить, что богатства Инес не знала с детства. Простая жизнь, простая пища, простая одежда и такие же простые радости – Инес счастлива по-своему, она знает только такую жизнь. Жительница селения Рио-Taлеа (Rio Talea), Рамирес говорит на наречии индейцев племени сапотеки, а также немного на испанском. О том, есть ли у женщины хоть какое-то образование, неизвестно, но точно известно, что медицину Инес не изучала никогда, а уж о хирургии она вряд ли даже мечтала. Тем не менее, именно с хирургией, причем с хирургией в самых экстремальных условиях, ей пришлось столкнуться.

В марте 2000 года Инес донашивала свою девятую в жизни беременность. Семеро детей у нее уже было, а вот последнего, восьмого ребенка, женщина потеряла во время родов за три года до этого. В полночь 5 марта у Инес внезапно начались сильнейшие боли. Инес поняла, что это начались роды. Муж ее, который всегда помогал Инес при рождении всех их детей, в это время пил с товарищами в баре в соседней деревне, а ближайшая акушерка находилась в 50 милях. Ближайший телефон, один на 500 человек, тоже оказался слишком далек от Инес.

Промучившись около 12 часов, Инес поняла, что что-то идет не так – родовая деятельность по-прежнему не начиналась. Понимая, что она рискует сразу двумя жизнями, своей и ребенка, женщина решилась на невозможное – она решила сама на себе провести кесарево сечение.

Для начала отважная мексиканка села на скамейку и выпила три порции крепкого ликера – это было своеобразной анестезией. Затем Инес взяла 15-сантиметровый (5,9 дюйма) кухонный нож и попробовала произвести надрез на животе. Упругая кожа не поддавалась, и Инес смогла проделать это лишь с третьей попытки. В итоге она, не теряя ни сознания, ни присутствия духа, получила вертикальный разрез правее пупка длиной в 17 сантиметров. (Для сравнения: типичный разрез для кесарева сечения обычно делают длиной 10 см, горизонтально, ниже пупка, по так называемой ‘линии бикини’). Конечно же, сельская женщина Инес никак не могла этого знать.

После того, как надрез был готов, она собственной рукой извлекла из утробы плод – мальчика, после чего у нее хватило сил перерезать ножницами пуповину.

На этом сознание покинуло женщину. Придя в себя, Инес сумела приостановить кровотечение из открытой раны и отправила своего 6-летнего сына за помощью.

Прибывший через несколько часов медик-ассистент, специализирующийся в основном на животных, застал Инес в сознании, вместе с совершенно живехоньким новорожденным ребенком. Он зашил женщине живот, причем зашил практически чем попало – простыми швейными нитками и иглой, и настоял на том, чтобы Инес отправилась в больницу. Так, в итоге, спустя еще несколько часов, Рамирес все же попала в больницу, а хирурги осмотрели женщину уже спустя 16 часов после ее самостоятельной операции.

Удивительно, но, несмотря на повреждения, которые нанесла себе неопытная Инес, она осталась жива – ‘настоящим’ хирургам, правда, потребовалось несколько операций, чтобы сделать ‘работу над ошибками’ в утробе Инес.

Бывший солист «Ласкового мая»
Посетило:153
Лучано Паваротти: ‘Музыка никогда не умрет’
Посетило:146
Посетило:141

На 10-й день женщина вместе с малышом уже была дома. Позднее она рассказала, что просто не могла больше выносить боль, которая изматывала ее несколько долгих часов. ‘Я не могла больше терпеть эту боль. Я решила, что если мой ребенок умрет, то пусть он умрет вместе со мной. А если же ему суждено выжить, то и я хочу видеть, как он растет, хочу быть рядом с ним. Я думаю, что Бог спас жизнь нам обоим’, — сказала Инес Рамирес.

Кстати, другим женщинам Инес категорически не советует делать то, что удалось ей – слишком опасно.

Случай Инес Рамирес стал уникальным – медицинский мир никогда не слышал о подобном ни до нее, ни после. Случай этот попал на страницы журнала ‘International Journal of Gynecology & Obstetrics’ — международного издания об акушерстве и гинекологии.

О том, сколько раз во время своей самодельной операции Инес могла умереть, знают лишь врачи. Так, она спасла себя тем, что интуитивно верно выбрала место для надреза, ей также повезло обойтись без заражения, а, кроме того, она не умерла ни от потери крови, ни от болевого шока. Все это и делает случай Инес Рамирес уникальным, экстремально опасным и настолько же удивительным.

источник

История с жутким началом и хорошим концом. Кесарево сечение делают, когда врачи или роженица решают, что женщина не может родить самостоятельно. Во всех без исключения случаях операция выполняется под анестезией: эпидуральной или в экстренных обстоятельствах общей. Невозможно поверить в то, что обычная мексиканская крестьянка сумела справиться с этим самостоятельно. Даже не хочется думать о том, что ей пришлось пережить.


Инес родилась в 1960 году в мексиканском штате Оахака. Мы ничего не знаем о ней — есть ли у нее образование (едва ли), как она росла, как провела детство. Известно только, что Инес говорила на языке мексиканских индейцев — сапотекском.

До описываемых событий, к ее сорока годам, у Инес уже было девять беременностей и семеро детей — последнего, восьмого ребенка, она потеряла в родах. Ближайшая медицинская помощь располагалась в 80 км от деревни, где жила семья Инес. В предыдущих родах ей помогал муж.


Когда у Инес начались схватки, это было очень некстати — муж остался в соседней деревне, и пришлось справляться самой. Схватки становились сильнее, но потуги все не начинались. В конце концов Инес поняла, что что-то идет не так и если так будет продолжаться дальше, она потеряет сознание и погибнет вместе со своим нерожденным малышом.

Тогда женщина решилась разрезать себе живот и достать ребенка. Она никогда не видела, как это делают, едва ли знала, что это вообще возможно. Вместо анестезии у Инес было три стакана крепкого ликера. После этого она взяла 15-сантиметровый кухонный нож и сделала длинный вертикальный надрез — 17 сантиметров, до самых ребер. Получилось у нее только с третьего раза.


Через этот разрез Инес руками достала ребенка. Ее хватило на то, чтобы отрезать малышу пуповину, после чего она потеряла сознание от боли и потери крови.

Очнувшись, Инес отправила своего 6-летнего сына за помощью, и тот привел медика — который, правда, лечил в основном животных. Тот зашил женщине живот обыкновенными швейными нитками и заставил обратиться к профессиональным врачам.

Доктора были в шоке: и от того, что Инес осталась жива, и от того, что выжил маленький Орландо. Прошло 16 часов с момента, как прошла ее операция, и до того времени, когда Инес осмотрели хирурги. Они проделали «работу над ошибками» — оказалось, Инес повредила себе кишечник. Впрочем, уже через 10 дней Инес была дома вместе с младенцем.

Позже она созналась, что просто устала от боли и не могла ее больше выносить. «Я не могла больше терпеть эту боль. Я решила, что если мой ребенок умрет, то пусть он умрет вместе со мной. А если же ему суждено выжить, то и я хочу видеть, как он растет, хочу быть рядом с ним. Я думаю, что Бог спас жизнь нам обоим», — сказала Инес Рамирес.


Этот случай считается уникальным: медицинский мир никогда не слышал о подобном ни до нее, ни после. Он даже попал на страницы журнала «International Journal of Gynecology & Obstetrics» — международного издания об акушерстве и гинекологии.

Инес интуитивно верно выбрала место надреза и почти не задела жизненно важных органов.

источник

Удаление аппендикса, ампутация руки, кесарево сечение — все это можно сделать самому, если другого выхода у тебя не остается. А ты боишься пойти и вырвать зуб!

Движимый вселенским любопытством, присущим всем хирургам, этот 60-летний парень из Пенсильвании решил самостоятельно удалить себе аппендикс, преследуя весьма благую цель — узнать, как себя чувствует пациент во время операции под местной анестезией, и заодно испытать эффективность сравнительно нового обезболивающего средства, пришедшего на смену кокаину, — новокаина (поговаривали, что подобная рокировка анестетиков серьезно снизила привлекательность операций в глазах пациентов).

Окружив себя зеркалами и молодыми ассистентками, доктор Кейн успешно провел аппендэктомию, продемонстрировав всему миру не только свой назойливый отросток, но и безопасность локальной анестезии (общий наркоз в те времена нередко вызывал осложнения).

К слову, это была не первая и не последняя подобная операция Эвана (нет, у него не было еще парочки лишних аппендиксов): в 1919 году он лично ампутировал себе инфицированный палец руки, а спустя десять лет после удаления аппендикса провел более сложную операцию по удалению паховой грыжи в возрасте 70 лет (возраст О’Нила, не грыжи).

Этот сосредоточенно копающийся в себе человек на фотографии, подобно барону Мюнхгаузену, вытащил себя из объятий смерти, только не за волосы, а за аппендикс. События развивались отнюдь не в тепличных условиях оборудованной поликлиники, а на просторах весьма неприветливой и малопригодной для проведения хирургических вмешательств Антарктики, куда 27-летний Леонид отправился в роли врача 6-й Советской антарктической экспедиции.

Во время первой зимовки на новообразованной станции Новолазаревская молодой врач обнаружил у себя все характерные признаки острого аппендицита. Пересчитав всех врачей, Рогозов выяснил, что он единственный, к тому же плохие погодные условия делали невозможной его транспортировку на другую станцию. Иного выхода, кроме как, призвав в ассистенты метеоролога и инженера-механика, самому провести операцию, не было.

Без перчаток, на ощупь, бросая редкие взгляды в зеркало и на бледные лица своих ассистентов, Леонид Рогозов успешно завершил операцию по удалению аппендикса, длившуюся 1 час 45 минут. Впоследствии этот случай принес ему мировую известность.

Отсутствие медицинского образования, стерильных условий, хирургических инструментов и обезболивающего не помешало 40-летней мексиканке из деревни Рио-Талеа самостоятельно провести единственное в мире успешное кесарево сечение, сделанное на себе. Все, что потребовалось для процедуры, — это пара рюмок крепкого алкоголя и 15-сантиметровый кухонный нож (что из этого нужнее во время подобной операции, сказать трудно).

На такой рискованный шаг Инес подтолкнуло то, что единственная акушерка находилась далеко от ее родной деревни, а присутствовавший при родах восьми предыдущих детей муж (наверняка решивший, что ничего нового он все равно не увидит) отсутствовал.

Несмотря на все это, женщина сделала себе 17-сантиметровый разрез, вытащила живого ребенка, перерезала пуповину, потеряла сознание, пришла в себя и отправила одного из сыновей за помощью. В итоге — здоровый новорожденный мальчик и выписанная через десять дней сеньора Рамирес.

Эта история произошла с 27-летним Ароном, когда он карабкался по очередной скале штата Юты. Не предвещавшая ничего плохого вылазка закончилась в одном из каньонов намертво зажатой большим валуном правой рукой. Проведя в плену 5 дней и 7 часов и не дождавшись помощи, альпинист не нашел другого выхода, кроме ампутации собственной руки, что он и проделал с помощью имевшегося тупого ножа.

Справившись с травматическим шоком и общей истощенностью, Арон, потерявший 18 кг массы тела, брел по жаркой пустыне шесть часов, пока ему не попались туристы из Голландии, которые и оказали Арону помощь.

В 2004 году Арон выпустил автобиографическую книгу «127 часов. Между молотом и наковальней», а в 2010 году по книге был снят художественный фильм «127 часов» с Джеймсом Франко в главной роли, собравший 60 738 797 долларов.

Бостон Корбетт, вошедший в историю как убийца убийцы Авраама Линкольна, был весьма религиозным человеком. Отрастив волосы аки у Иисуса, он занимался тем, что читал проповеди на улице. Как ты уже догадался, ничем хорошим это закончиться не могло.

16 июля 1858 года, следуя указаниям из Библии, дабы противостоять соблазну при виде проституток, то и дело соблазнительно шаставших по улицам, Бостон Корбетт оскопил себя с помощью ножниц. Расправившись со своим греховным началом, он отправился обедать, затем помолился, ну а позже, поддавшись соблазну дьявола, отправился-таки в больницу, чтобы проверить, все ли у него успешно заживает.

источник

Инес Рамирес (Inés Ramírez) родилась в 1960 году в сельской местности мексиканского штата Оахака (Оахака, Mexico). Информации о ее детстве и юности нет, но можно однозначно предположить, что богатства Инес не знала с детства. Простая жизнь, простая пища, простая одежда и такие же простые радости – Инес счастлива по-своему, она знает только такую жизнь. Жительница селения Рио-Taлеа (Rio Talea), Рамирес говорит на наречии индейцев племени сапотеки, а также немного на испанском. О том, есть ли у женщины хоть какое-то образование, неизвестно, но точно известно, что медицину Инес не изучала никогда, а уж о хирургии она вряд ли даже мечтала. Тем не менее, именно с хирургией, причем с хирургией в самых экстремальных условиях, ей пришлось столкнуться.

В марте 2000 года Инес донашивала свою девятую в жизни беременность. Семеро детей у нее уже было, а вот последнего, восьмого ребенка, женщина потеряла во время родов за три года до этого. В полночь 5 марта у Инес внезапно начались сильнейшие боли. Инес поняла, что это начались роды. Муж ее, который всегда помогал Инес при рождении всех их детей, в это время пил с товарищами в баре в соседней деревне, а ближайшая акушерка находилась в 50 милях. Ближайший телефон, один на 500 человек, тоже оказался слишком далек от Инес.

Промучившись около 12 часов, Инес поняла, что что-то идет не так – родовая деятельность по-прежнему не начиналась. Понимая, что она рискует сразу двумя жизнями, своей и ребенка, женщина решилась на невозможное – она решила сама на себе провести кесарево сечение.

Для начала отважная мексиканка села на скамейку и выпила три порции крепкого ликера – это было своеобразной анестезией. Затем Инес взяла 15-сантиметровый (5,9 дюйма) кухонный нож и попробовала произвести надрез на животе. Упругая кожа не поддавалась, и Инес смогла проделать это лишь с третьей попытки. В итоге она, не теряя ни сознания, ни присутствия духа, получила вертикальный разрез правее пупка длиной в 17 сантиметров. (Для сравнения: типичный разрез для кесарева сечения обычно делают длиной 10 см, горизонтально, ниже пупка, по так называемой ‘линии бикини’). Конечно же, сельская женщина Инес никак не могла этого знать.

Читайте также:  Когда можно заниматься сексом после операции кесарево сечение

После того, как надрез был готов, она собственной рукой извлекла из утробы плод – мальчика, после чего у нее хватило сил перерезать ножницами пуповину.

На этом сознание покинуло женщину. Придя в себя, Инес сумела приостановить кровотечение из открытой раны и отправила своего 6-летнего сына за помощью.

Прибывший через несколько часов медик-ассистент, специализирующийся в основном на животных, застал Инес в сознании, вместе с совершенно живехоньким новорожденным ребенком. Он зашил женщине живот, причем зашил практически чем попало – простыми швейными нитками и иглой, и настоял на том, чтобы Инес отправилась в больницу. Так, в итоге, спустя еще несколько часов, Рамирес все же попала в больницу, а хирурги осмотрели женщину уже спустя 16 часов после ее самостоятельной операции.

Удивительно, но, несмотря на повреждения, которые нанесла себе неопытная Инес, она осталась жива – ‘настоящим’ хирургам, правда, потребовалось несколько операций, чтобы сделать ‘работу над ошибками’ в утробе Инес.

На 10-й день женщина вместе с малышом уже была дома. Позднее она рассказала, что просто не могла больше выносить боль, которая изматывала ее несколько долгих часов. ‘Я не могла больше терпеть эту боль. Я решила, что если мой ребенок умрет, то пусть он умрет вместе со мной. А если же ему суждено выжить, то и я хочу видеть, как он растет, хочу быть рядом с ним. Я думаю, что Бог спас жизнь нам обоим’, — сказала Инес Рамирес.

Кстати, другим женщинам Инес категорически не советует делать то, что удалось ей – слишком опасно.

Случай Инес Рамирес стал уникальным – медицинский мир никогда не слышал о подобном ни до нее, ни после. Случай этот попал на страницы журнала ‘International Journal of Gynecology & Obstetrics’ — международного издания об акушерстве и гинекологии.

О том, сколько раз во время своей самодельной операции Инес могла умереть, знают лишь врачи. Так, она спасла себя тем, что интуитивно верно выбрала место для надреза, ей также повезло обойтись без заражения, а, кроме того, она не умерла ни от потери крови, ни от болевого шока. Все это и делает случай Инес Рамирес уникальным, экстремально опасным и настолько же удивительным.

источник

  • Демиург
  • 32 293 сообщений
  • Единственный человек, которому это удалось.

    Кесарево сечение делается, когда естественные роды слишком рискованны. Женщине всегда ставят наркоз, потому что при кесаревом сечении на животе делают огромный разрез, и без наркоза было бы невообразимо больно.

    Инес Рамирес Перес — крестьянка из мексиканской деревни. Никакого медицинского образования у неё нет. Тем не менее, она сделала сама себе кесарево сечение. Каким-то чудом всё прошло успешно: и она сама, и её новорожденный сын остались живы.

    Это случилось в марте 2007-го года. Женщине пришлось пережить 12 часов непрерывной боли. Она выпила три маленьких стаканчика крепкого ликёра, взяла кухонный нож и разрезала себе живот.

    Инес сделала 17-сантиметровый вертикальный разрез справа от пупка. Для сравнения: стандартный разрез при кесаревом сечении — это горизонтальная линия ниже пупка не более десяти см длиной. Целый час женщина исследовала собственные внутренности и наконец нашла свою матку.

    Она достала из матки мальчика, перерезала пуповину и потеряла сознание. Через некоторое время она пришла в себя, забинтовала разрезанную матку одеждой и позвала на помощь. Инес нужна была операция, потому что она повредила себе кишечник.

    Когда её спросили, зачем она эта сделала, женщина ответила, что не могла терпеть боль и решила, что если её ребёнку суждено умереть, она тоже умрёт. Но она была уверена, что Бог спасёт им жизнь.

    .. . Миром правит любовь. А она, как известно, слепа и зла.

    источник

    История с жутким началом и хорошим концом. Кесарево сечение делают, когда врачи или роженица решают, что женщина не может родить самостоятельно.

    Во всех без исключения случаях операция выполняется под анестезией: эпидуральной или в экстренных обстоятельствах общей. Невозможно поверить в то, что обычная мексиканская крестьянка сумела справиться с этим самостоятельно. Даже не хочется думать о том, что ей пришлось пережить.

    Инес родилась в 1960 году в мексиканском штате Оахака. Мы ничего не знаем о ней — есть ли у нее образование (едва ли), как она росла, как провела детство. Известно только, что Инес говорила на языке мексиканских индейцев — сапотекском.

    До описываемых событий, к ее сорока годам, у Инес уже было девять беременностей и семеро детей — последнего, восьмого ребенка, она потеряла в родах. Ближайшая медицинская помощь располагалась в 80 км от деревни, где жила семья Инес. В предыдущих родах ей помогал муж.

    Когда у Инес начались схватки, это было очень некстати — муж остался в соседней деревне, и пришлось справляться самой. Схватки становились сильнее, но потуги все не начинались. В конце концов Инес поняла, что что-то идет не так и если так будет продолжаться дальше, она потеряет сознание и погибнет вместе со своим нерожденным малышом.

    Тогда женщина решилась разрезать себе живот и достать ребенка. Она никогда не видела, как это делают, едва ли знала, что это вообще возможно. Вместо анестезии у Инес было три стакана крепкого ликера. После этого она взяла 15-сантиметровый кухонный нож и сделала длинный вертикальный надрез — 17 сантиметров, до самых ребер. Получилось у нее только с третьего раза.

    Через этот разрез Инес руками достала ребенка. Ее хватило на то, чтобы отрезать малышу пуповину, после чего она потеряла сознание от боли и потери крови.

    Очнувшись, Инес отправила своего 6-летнего сына за помощью, и тот привел медика — который, правда, лечил в основном животных. Тот зашил женщине живот обыкновенными швейными нитками и заставил обратиться к профессиональным врачам.

    Доктора были в шоке: и от того, что Инес осталась жива, и от того, что выжил маленький Орландо. Прошло 16 часов с момента, как прошла ее операция, и до того времени, когда Инес осмотрели хирурги. Они проделали «работу над ошибками» — оказалось, Инес повредила себе кишечник. Впрочем, уже через 10 дней Инес была дома вместе с младенцем.

    Позже она созналась, что просто устала от боли и не могла ее больше выносить. «Я не могла больше терпеть эту боль. Я решила, что если мой ребенок умрет, то пусть он умрет вместе со мной. А если же ему суждено выжить, то и я хочу видеть, как он растет, хочу быть рядом с ним. Я думаю, что Бог спас жизнь нам обоим», — сказала Инес Рамирес.

    Этот случай считается уникальным: медицинский мир никогда не слышал о подобном ни до нее, ни после. Он даже попал на страницы журнала «International Journal of Gynecology & Obstetrics» — международного издания об акушерстве и гинекологии.

    Инес интуитивно верно выбрала место надреза и почти не задела жизненно важных органов.

    Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

    источник

    5 марта 2000 года произошёл беспримерный в истории медицины случай: женщина сама сделала себе кесарево сечение, причём осталась жива и спасла ребёнка. Оба до сих пор здравствуют. Женщину зовут Инес Рамирес, её сына – Орландо. Это индейцы из народа сапотеков. Их деревня Рио-Талео находится в мексиканских горах.

    На полтысячи жителей деревни приходится один медицинский работник по имени Леон Круз. Он гордо носит звание санитара. Его профессиональная обязанность – выдавать населению лекарства из казённой аптечки, а подготовка позволяет уверенно рекомендовать аспирин при высокой температуре, и кесарево сечение при трудных родах. Именно эту меру он предложил Инес Рамирес, когда днём 4 марта у неё начались схватки.

    Инес благополучно произвела на свет шестерых детей, и роды всегда принимал её муж Антонио. Но теперь он ушёл в запой и сидел в деревенской кантине. На случай, если придётся делать кесарево сечение, Инес отправила 8-летнего сына Бенито – нет, не в кантину, а в лавку, купить нож подлиннее и поострее, потому что наточить имеющиеся в доме ножи было некому.


    Орландо Круз, единственный на свете человек, который появился на свет в результате кесарева сечения, произведённого женщиной самой себе, в день своего 15-летия.

    Фото: Марио Хименес Лейва, 5 марта 2014 года.

    К часу ночи 5 марта воды отошли, боли стали нестерпимыми, а процесс изгнания плода никак не начинался. Тремя годами раньше так уже было: после долгих мучений родился мёртвый ребёнок. Инес решила, что это не должно повториться, и отважилась оперировать себя сама.

    Приняв для анестезии стакан спирта, она взяла нож и приняла характерную для индейцев родовую позу. Это спасло ей жизнь. Индейцы рожают сидя, слегка подавшись вперёд. В этой позе стенка матки оказывается прямо под кожей. Поэтому, взрезав себе живот, Инес не повредила кишечник.

    Она приставила лезвие к низу живота и повела разрез вверх, для верности – длиной целых 17 сантиметров (достаточно было бы 10). И стала повторять это движение, с каждым разом углубляя рану. Кровь била фонтаном, Инес вопила от боли, но не сбивалась с линии разреза. За час она проделала дыру в матке, а заодно и в животе, откуда выпали «кишки и ещё какие-то органы», как потом вспоминала героиня. Отодвинув эту «бесформенную кучу» в сторону, Инес вытащила ребёнка на свет божий за ногу. К её восторгу, мальчик тут же запищал. Перерезав пуповину ножницами, мать завернула Орландо в тряпочку, положила рядом с собой, потом затолкала свои кишки и «органы» обратно в брюшную полость – и потеряла сознание.


    Слева сверху: Инес Рамирес держит в руках тот самый нож, которым она произвела сама себе кесарево сечение 5 марта 2000 года. Длина лезвия 15 см; в 2004 году ещё использовался для резки овощей. В ходе операции держала его хватом, подсмотренным у столяров, работающих ножами для резьбы по дереву: давила на лезвие сверху указательным и большим пальцами, понемногу углубляя разрез.

    Фото: Хайме Пуэбла, «Ассошиэйтед пресс», 2004

    Справа сверху: разрез в матке Инес Рамирес, выполненный ей в ходе кесарева сечения, запечатлён во время операции в больнице Сан-Пабло-Уистепек.

    Слева снизу: операция очистки и закрытия брюшной полости закончена, установлен дренаж Пенроуза.

    Справа снизу: залеченная рана спустя 4 недели после операции, апрель 2000.

    Фото: доктор Онорио Гальван, 2000.

    Она пришла в себя только на рассвете. Её бил озноб. Обмотав кровоточащую рану свитером, Инес послала сына Бенито за санитаром. Тот принёс иголку с ниткой, которой его жена штопала одежду, и как умел зашил разрез. Потом с помощью родных дотащил Инес до остановки и затолкал в «пасахеро» (маршрутку). Два с половиной часа скакал микроавтобус по разбитой грунтовой дороге, пока не выбрался на шоссе, где находится ближайшая поликлиника. Там дежурила женщина-врач. «Ну, а что вы ко мне-то приехали? – спросила она. – Это вам в Сан-Пабло надо». (В районном центре Сан-Пабло-Уихтепек есть настоящая больница с оперблоком). Но в поликлинике был хотя бы телефон, и женщина-врач вызвала из больницы скорую. Тут силы совсем оставили Инес, так что в Сан-Пабло за неё говорил санитар Леон Крус.

    При виде 17-сантиметрового разреза, прихваченного хлопчатобумажной ниткой, завотделением Онорио Гальван взял камеру и стал снимать всё, что делает хирург Хесус Гусман. Заглянув в рану, оба не поверили своим глазам: матка уменьшилась до обычных размеров, кровотечение прекратилось, и при этом никаких признаков инфекции! Брюшную полость промыли, маточные трубы перевязали во избежание новой беременности. Полости закрыли, поставили дренаж, стали колоть антибиотики. Приключения кишечника даром не прошли: на третий день дали себя знать спайки, которые пришлось удалять абдоминальному хирургу. И всё же выздоровление шло в невероятном темпе: Инес рвалась домой, где остались без присмотра шестеро детей. Орландо был при ней неотлучно, он исправно сосал грудь.


    Слева — Инес Рамирес Перес (родилась в 1960 году) со своим сыном Орландо Крузом, который появился на свет 5 марта 2000 года в результате уникального кесарева сечения, которое его мать провела себе сама.
    Фото: Хайме Пуэба, «Ассошиэйтед Пресс», 20 мая 2004.

    Справа сверху – акушер-гинеколог Онорио Гальван, заведующий отделением в больнице Сан-Пабло-Уистепек, лечащий врач Инес Рамирес в 2000 год; ав тор статьи об этом случае. Пришёл к выводу, что этот случай наглядно демонстрирует, насколько более серьёзные состояния могут пережить сельские жители по сравнению с горожанами. Исследователь родовых поз индейцев.

    Справа внизу – Хесус Гусман, акушер-гинеколог больницы Сан-Пабло-Уистепек, своими руками убиравший нитки, которыми деревенский санитар зашивал разрез, и очищавший брюшную полость и кишечник от грязи с пола, куда они выпали из разрезанного Инес живота.

    Кадры из фильма Карлы Иберии Санчес «Орландо должен родиться», 2008.

    На десятые сутки после госпитализации Инес выписали и посадили в маршрутку, которая заезжала в её деревню. Правда, путь был настолько извилист, что занимал 12 часов. Не в силах перенести столь долгую дорогу, Инес вышла, едва микроавтобус перевалил горный хребет, за которым находилась деревня Рио-Талеа. Посадив Орландо за спину и привязав его шалью, наша героиня двинулась по горным тропам вниз. Через полтора часа она была дома, очень довольная, что срезала крюк.

    Акушеры-гинекологи Гальван и Гусман описали её случай в статье, но редакторы медицинских журналов не хотели брать материал, принимая за какую-то мистификацию. Наконец, через три года Гальван оказался на международной конференции в Чикаго и повстречал там светило испанского происхождения – Рафаэля Валле. Когда тот посмотрел видеозаписи и фотографии, и убедился, что всё это не розыгрыш, то пристроил статью в номер «International Journal of Gynecology and Obstetrics» за март 2004 года, выступив соавтором.

    В Рио-Талеа нахлынули журналисты. Инес раздавала интервью и даже снялась в документальном фильме, не подозревая, что за это можно просить гонорар. Увидев «героическую маму» по телевизору, оживились чуткие на пиар чиновники. Премьер-министр субъекта федерации – штата Оахака – пообещал провести в Рио-Талеа дорогу с твёрдым покрытием, чтобы могла приехать скорая помощь. А министр здравоохранения сказал: «Мы построим в этой деревне больницу и назовём её госпиталем имени Орландо Рамиреса».

    Ни асфальтированной дороги, ни канализации в деревне Рио-Талеа нет и поныне. В 2008 году соорудили медпункт под названием «Дом здоровья». Он тут же закрылся под предлогом нехватки средств у субъекта федерации. Доктор бывает в «Доме здоровья» наездами, по три дня в год.

    Орландо теперь юноша, умеет читать, писать и считать. Денег на дальнейшее его образование у матери нет, как и у родителей двух сотен других детей в деревне. Но парень сознаёт свою уникальность. Интересуется у старших, отчего заперт на замок «Дом здоровья» и по какой причине медпункт не носит имя Орландо Рамиреса. Ответа на эти вопросы мать не знает.


    Инес Рамирес Перес (родилась в 1960) – единственная женщина, сумевшая успешно сделать себе самой операцию кесарева сечения, у двери своего дома в Рио-Талеа (Оахака, Мексика), где 5 марта 2000 года произошла эта операция.

    Фото: Марио Хименес Лейва, март 2014 года.

    источник